Поставить этот вопрос нас побудила опубликованная во львовской газете “Поступ” (14-20 ноября 2002 г., №171) статья, заголовок которой в утвердительной форме гласит: “Україні потрібні російські шовіністи” [“Украине нужны русские шовинисты”]. Эти слова принадлежат Георгию Касьянову, доктору исторических наук, профессору Киевского национального университета им.Т.Шевченко, зав.отделом истории и политики института истории Украины НАН Украины. В данной статье, построенной в виде беседы Г.Касьянова с журналисткой О.Игнатовой, по словам газеты “Поступ”: “Етнічний росіянин розмірковує про проблеми українського націоналізму, національну ідею та місце України в сучасному світі” [“Этнический русский размышляет о проблемах украинского национализма, национальной идее и месте Украины в современном мире”].

Рассуждения профессора Касьянова об украинском национализме несомненно заслуживают того, чтобы ознакомить с ними и наших читателей. На вопрос О.Игнатовой о различиях между национализмом украинским и национализмом других государств Г.Касьянов отвечает: “...Якщо говорити про український націоналізм, то він за базовими принципами нічим не відрізняється від будь-якого іншого націоналізму. А ось коли йдеться про конкретну історичну ситуацію - як він виникає і як він досягає своєї мети, то в цьому сенсі він є унікальний. Якщо говорити про націоналізми т.зв. історичних націй, то там, завдяки збігові історичних обставин, склалося так, що націоналістичний принцип починав реалізовуватися за умов, коли існувала держава, яка була готова взяти під свою протекцію цей націоналізм якщо не як державну ідеологію, то як базовий політичний принцип, згідно з яким усі громадяни цієї держави мали стати частиною нації. Інший варіант - коли немає, наприклад, держави, яка готова взяти під себе цей націоналізм. Тоді цю державу треба створити. Є ще один варіант - коли держави взагалі не було і нації ніколи не було. Тоді треба в історії винайти або якийсь прототип цієї держави, або прототип нації як колективної спільноти.

- Наприклад...

- Наприклад, візьмемо українців. У минулому взагалі не було держави з назвою Україна. 1917 року з’явилася назва Українська Народна Республіка. Для цього було створено історичну базу. Зокрема, про український народ писав Грушевський, якого в цьому сенсі можна вважати батьком української нації. А якщо є народ, то, очевидно, він має право на свою державу...”.

[“...Если говорить про украинский национализм, то он по базовым принципам ничем не отличается от любого другого национализма. А вот когда речь идет о конкретной исторической ситуации - как он возникает и как он достигает своей цели, то в этом смысле он уникален. Если говорить про национализм т.наз. исторических наций, то там, благодаря стечению исторических обстоятельств, сложилось так, что националистический принцип начинал реализовываться в условиях, когда существовало государство, которое было готово взять под свою протекцию этот национализм если не как государственную идеологию, то как базовый политический принцип, согласно которому все граждане этого государства должны были стать частью нации. Другой вариант - когда нет, например, государства, которое готово взять под себя этот национализм. Тогда это государство надо создать. Есть еще один вариант - когда государства вообще не было и нации никогда не было. Тогда надо в истории найти или какой-то прототип этого государства, или прототип нации как коллективного сообщества.

- Например...

- Например, возьмем украинцев. В прошлом вообще не было государства с названием Украина. В 1917 году появилось название Украинская Народная Республика. Для этого была создана историческая база. В частности, про украинский народ писал Грушевский, которого в этом смысле действительно можно считать отцом украинской нации. А если есть народ, то, очевидно, он имеет право на свое государство...”.]

Далее на вопрос, считает ли пан Касьянов, что украинской нации еще не существует, Г.Касьянов в частности ответил:

“Існує два підходи до цієї проблеми. Один полягає в тому, що українська нація існувала давно, потім вона заснула, а в XIX ст. національні будителі зробили так, що вона прокинулася. Є інша думка, згідно з якою процес становлення української нації триває вже більше двохсот років і цей процес ще повністю не закінчений. Я особисто відношу себе до другого табору і вважаю, що процес формування української нації не завершився...”.

[“Существует два подхода к этой проблеме. Один состоит в том, что украинская нация существовала давно, потом она заснула, а в XIX в. национальные будители сделали так, что она проснулась. Есть другое мнение, согласно которому процесс становления украинской нации длится уже более двухсот лет и этот процесс еще полностью не закончен. Я лично отношу себя к другому лагерю и считаю, что процесс формирования украинской нации не завершился...”.]

Таким образом, профессор Касьянов вполне определенно указал на уникальность возникновения украинского национализма, состоящую в том, что этот национализм появился в условиях, когда государства вообще не было и нации никогда не было, а также признал, что процесс формирования украинской нации еще не завершился. Остановимся подробнее на этих положениях, принципиально важных для понимания сущности такого явления как украинский национализм.

Действительно, уникальная особенность украинского национализма заключается в том, что он не зародился в среде самого народа, не был вызван к жизни потребностями народа, а появился в результате воздействия внешних сил. Вначале была поставлена задача отделения от России южнорусских земель, а затем с целью выполнения этой задачи началась работа по обоснованию и пропаганде полной национальной отдельности южнорусского (малорусского) населения от жителей Великороссии. Для этого, в частности, имевший прежде только географическое значение региональный термин “Украина” со второй половины XIX в. стал распространяться на все южнорусские земли, а производному от него термину “украинцы” стал придаваться национальный смысл.

Формируемая таким образом новая, украинская национальная идея противопоставлялась общепринятой в то время русской национальной идее, определявшей русский народ как совокупность всех русских народностей - великороссов, малороссов и белорусов. На основе русской национальной идеи в Российской империи шел во второй половине XIX - начале XX века процесс формирования русской нации. Отсюда вытекало и содержание понятия “русский национализм” в его традиционном значении, принятом в дореволюционной России.

Украинский же национализм изначально создавался с целью отделения украинцев от великороссов, а Украины от Великороссии, то есть был направлен на разрушение русского национального и государственного единства. На протяжении всей истории своего существования украинский национализм неизменно являлся орудием в руках политических сил, заинтересованных в ослаблении России. Отделение Украины как самоцель, при полном пренебрежении к жизненным интересам самих же украинцев, - вот характерная отличительная черта такого безусловно уникального политического явления, которое обычно называют украинским национализмом, хотя более правильным и отвечающим сути дела здесь будет употребление термина - украинский сепаратизм. Мы говорим тут об украинском национализме лишь постольку, поскольку этим термином пользуется Г.Касьянов.

Даже вопрос о времени возникновения украинской нации создает для сторонников украинской национальной идеи известные затруднения и является предметом дискуссий, примером чего служат и высказывания профессора Касьянова. Г.Касьянов относит себя к сторонникам того мнения, что процесс становления украинской нации длится уже более двухсот лет, однако при этом он входит в противоречие со своими же, произнесенными несколько выше словами о том, что Грушевского можно считать отцом украинской нации. Но ведь не может дитя появиться на свет раньше отца.

Если говорить не о южнорусском этносе, а об украинской нации, то фактически формирование украинской нации на российской Украине началось только после революции 1917 г., подтверждение чему можно найти в воспоминаниях самих украинских деятелей времен Центральной Рады, Гетманщины и Директории, а в основном проходило уже в советский период, но так и не достигло завершения. В австрийской Галиции, где работал состоявший на австрийской службе профессор Львовского университета М.Грушевский, дело обстояло несколько иначе, но и там этот процесс начался не намного раньше, однако шел более интенсивно и в советский период был по существу завершен. (Тот факт, что в Галиции был создан некий отдельный нерусский народ, достаточно очевиден, но вот правомерно ли называть его украинским, это еще вопрос.)

Совокупным итогом деятельности вначале австро-польских властей, а затем властей советских, для которых при всем их различии общим было неприятие традиционной русской национальной идеи, и стало то состояние, в котором находилось национальное сознание населения Украинской ССР к моменту развала Советского Союза. За годы советской власти жители УССР усвоили представление об украинцах и русских как о двух разных народах, но глубоких сепаратистских убеждений они в советских условиях так и не приобрели, за исключением населения западных, а точнее галицийских областей, где такие убеждения были заложены еще в австро-польские времена.

Взаимоисключающие результаты двух референдумов - всесоюзного и украинского - состоявшихся в 1991 г., свидетельствуют как раз об отсутствии у большинства населения Украины осмысленного представления о какой-либо национальной идее. По крайней мере нет ни малейших оснований полагать, что большинство населения Украины, голосуя на декабрьском референдуме 1991 г., сознательно жертвовало своим благосостоянием ради новоявленной олигархии и интересов глобальной гегемонии Соединенных Штатов. А ведь способствуя разрушению Союза, оно объективно действовало именно в этих интересах, вопреки своим собственным.

Профессор Касьянов касается в своей беседе и вопроса о, как он говорит, “русскоязычном населении”: “...Але проблема в тому, що російськомовне населення в Україні не являє собою окремої компактно сформованої великої організованої спільноти, що виразно відрізняється від інших груп. Тому до речі, всі ці спроби організувати рух за слов’янську єдність, рух російського народу в Україні і так далі, зазвичай не провалюються”. [“...Но проблема в том, что русскоязычное население в Украине не представляет собой отдельного компактно сформированного большого организованного сообщества, которое выразительно отличается от других групп. Поэтому кстати, все эти попытки организовать движение за славянское единство, движение русского народа в Украине и так далее, обычно не проваливаются”.] Приведенное высказывание столь невнятно по своему смыслу, что мы допускаем здесь возможность искажения авторского текста при редактировании, но общее содержание этого высказывания, на наш взгляд, все-таки сводится к тому, что Г.Касьянов отрицательно относится к движениям, ориентированным на единство восточных славян, то есть русских в традиционном значении этого слова. Далее Г.Касьянов говорит: “Російськомовне населення в Україні не являє собою окремої культурної спільноти, що чітко відрізняється від інших не тільки мовою, а й способами комунікації, символами і т.д.” [“Русскоязычное население в Украине не представляет собой отдельного культурного сообщества, которое четко отличается от других не только языком, а и способами коммуникации, символами и т.д.”], после чего и следует помещенная в заголовок статьи фраза о русских шовинистах.

Поскольку идея восточнославянского (русского) единства профессора Касьянова, как можно понять, не привлекает, он предлагает пойти иным путем, заявляя, что Украине нужны русские шовинисты, а во-вторых, нужны украинские шовинисты. Очевидно, что публично выразить подобную мысль в столь откровенной форме профессор Касьянов не решился и для приличия обставил ее некоторыми оговорками. Дословно это звучит следующим образом:

“Натомість, Україні потрібні російські шовіністи для того, щоб періодично нагадувати українцям, що вони повинні мати гідність. По-друге, потрібні українські шовіністи, щоб вони нагадували українцям, чого варто уникати. І потрібні націоналісти - люди, які дотримуються того принципу, що політична спільнота повинна мати свою державу. Тоді буде досягнуто балансу”.

[“Вместо этого Украине нужны русские шовинисты для того, чтобы периодически напоминать украинцам, что они должны иметь достоинство. Во-вторых, нужны украинские шовинисты, чтобы они напоминали украинцам, чего стоит избегать. И нужны националисты - люди, которые придерживаются того принципа, что политическое сообщество должно иметь свое государство. Тогда будет достигнут баланс”.]

Вот только остается неизвестным, как практически обеспечить такое “общественно-полезное” разделение труда между одними и другими шовинистами? По существу профессор Касьянов в качестве альтернативы идее восточнославянского (русского) единства предлагает идею конфронтации русских (естественно, русских в современном значении этого слова, т.е. великорусских) шовинистов с одной стороны и украинских шовинистов с другой. Третьей же силой, извлекающей пользу из этой конфронтации, должны стать националисты, они же сепаратисты. В результате чего идее русского единства суждено быть похороненной навсегда.

Г.Касьянов говорит, что русские (читай - великорусские) и украинские шовинисты нужны Украине. Но что в таком случае он понимает под Украиной? Ее население? Но зачем простым людям в добавление ко всем неурядицам нынешней жизни еще и межэтническая конфронтация? Не трудно догадаться, что это нужно не населению, и так вдоволь хлебнувшему прелестей “незалежного” существования, а правящей верхушке и тем внешним силам, которые этой верхушкой руководят. Не для того полторы сотни лет работали над развитием украинского сепаратизма, чтобы наконец-то разрушенное русское единство было опять восстановлено.

Однако примем во внимание сделанные Г.Касьяновым оговорки, оправдывающие, по его мнению, надобность для Украины названных шовинизмов, только поменяем их местами и рассмотрим, какие из этого следуют выводы для нас, русских. Несомненно, что украинский шовинизм уже существует (причем он не рождается в народе, а культивируется средствами пропаганды), так пусть же этот шовинизм служит нам напоминанием о том, что надо иметь достоинство, и что успешно противостоять этому шовинизму можно только организованно, чтобы о нас не говорили как о некоей аморфной массе, с которой можно вообще не считаться. Но при этом ни в коем случае нельзя допускать скатывания к великорусскому шовинизму, к противопоставлению русских (великороссов) и украинцев. Надо помнить, что такой вариант развития русского движения выгоден только нашим противникам. Основополагающим принципом идеологии Русского Движения Украины должно быть признание русской национальной идеи в ее традиционном значении, как идеи национального единства всех восточных славян - русских (великороссов), украинцев и белорусов.

Возвращаясь к беседе с профессором Касьяновым на страницах газеты “Поступ”, приходится с сожалением отмечать, что человек, представленный как “этнический русский”, к тому же историк, который по роду своей деятельности должен знать и о дореволюционном значении понятия “русский”, и о причинах появления украинского сепаратизма, а также о том, чьим политическим целям служил раньше и служит теперь этот сепаратизм, вместо того, чтобы рассказать обо всем этом гражданам Украины, подбрасывает нам идейку о необходимости для Украины русского и украинского шовинизма. Конечно, мы понимаем, что положение обязывает, и человек занимающий вышеперечисленные должности, вынужден говорить то, что от него требуют, ибо в противном случае он не будет эти должности занимать. А это значит, что установки, которые даются в современной Украине работникам идеологической сферы, нацелены на дальнейшее разобщение украинцев и великороссов, Украины и России, что в свою очередь превращает в пустой звук последующие рассуждения Г.Касьянова о возможности превращения Украины за 10-15 лет в серьезную конкурентоспособную силу. Предыдущие 11 лет уже наглядно показали, во что реально превращается Украина, следуя заданным в 1991 году курсом. И не надо делать вид, что подобный результат явился чем-то неожиданным, что произошло нечто непредвиденное. Произошло именно то, что и должно было произойти после воплощения в жизнь идеи украинского сепаратизма.

Поэтому, если кому-то и нужен на Украине шовинизм великорусский и украинский, то не большинству самих украинцев и великороссов, а тем, кто уже вверг это большинство в нынешнее бедственное состояние и намерен держать нас в нем и дальше, возбуждая между нами взаимную рознь, препятствуя воссозданию общерусского (восточнославянского) единства и по-прежнему разглагольствуя о расцвете “незалежной” Украины через очередные 10-15 лет.