В государстве Украина проживает 11,6 млн. русских, что составляет 22% населения республики. В ряде регионов русские составляют более 50% населения. Так, в Крыму 67% населения - русские, в Донецкой обл. - более 55%, в Луганской - более 55%. В Харьковской - более 45%, в Днепропетровской  - более 45%; в г. Киеве проживает 600 000 русских.

Однако, это заниженные данные. Дело в том, что при проведении коммунистической властью массовых кампаний по украинизации в 20-е годы и при “паспортизации” население целых городов и сел поголовно записывалось как “украинцы”. Эти кампании имели очень жесткий характер, “реакционный русский шовинизм” подавлялся беспощадно; так, например, в 20-е только за непосещение обязательных “курсов украинизации” выгоняли с работы, тотальному геноциду подверглись Русская Православная Церковь и русская интеллигенция, поэтому о точном количестве “украинизированных” можно только догадываться. Представляется, что настало время признать насильственную кампанию “украинизации” 20-х годов частью геноцида русского народа.

Итак, русские на Украине, безусловно, являются автохтонным и государствообразующим народом.

Говоря о русском вопросе на Украине, следует рассматривать его в нескольких аспектах. В первую очередь - в правовом и духовно-культурном.

Юридический аспект заключается в массовых нарушениях прав 11,6 млн. русских, проживающих на Украине, в области языка, права на получение образования на родном языке, политических прав.

Не менее важной является и гуманитарная проблематика. Речь идет о насильственной украинизации, тотальном вытеснении русского языка из всех сфер общественной жизни Украины, особенно из образования. А ведь Украина - русскоязычная страна. Помимо 11 млн. русских, своим родным языком русский считают 39% украинцев.

Идеологи насильственной украинизации оправдывают эту политику как “естественную реакцию на многовековую русификацию Украины”. Однако это - ложь. Отстаивая право русского языка на Украине и добиваясь главной цели в этом направлении - признания русского языка вторым государственным, необходимо помнить важнейший момент - русский язык является на Украине коренным. Роль Киева и Львова в его становлении, развитии и кодификации не менее значима, чем роль Москвы или Петербурга.

Так, известный киевский ученый монах, энциклопедист и интеллектуал XVII в. Памва Берында отличает “славянороссийский” (т.е. церковнославянский) язык - для богослужения и богословия, “российскую беседу общую” или “простую мову” - язык канцелярский и литературный, и “волынские” и “литовские” диалекты - разговорную украинскую речь. Показательно, что отстаивая церковно-славянский, кодифицируя и развивая “российскую беседу общую” или “простую мову”, Памва Берында и другие львовские и киевские ученые монахи, являвшиеся интеллектуальной элитой того времени (Мелетий Смотрицкий, Тарасий Земка), противопоставляли их разговорным диалектам, указывая на недопустимость их употребления.

Итак, именно православная национальная элита Юго-Западной Руси, Киева и Львова была первым и главным противником “украинизации”. Известнейший русский филолог Б. А. Успенский отмечает, что “значение “простой мовы” для истории русского литературного языка не меньше, если не больше, чем значение этого феномена для истории украинского и белорусского литературных языков. Действительно, “проста мова” не оказала почти никакого влияния на современные украинский и белорусский литературные языки, не отразившись и на последующей языковой ситуации на территории Украины и Белоруссии. Однако, на историю русского литературного языка “проста мова” как компонент югозападнорусской языковой ситуации оказала весьма существенное влияние ... Это связано с тем, что условно называется иногда “третьим южнославянским влиянием”, т.е. влиянием книжной традиции Юго-Западной Руси на великорусскую книжную традицию в XVII в.; во второй половине XVII в. это влияние приобрело характер массовой экспансии югозападнорусской культуры на великорусскую территорию.” (Б. А. Успенский, “Краткий очерк истории русского литературного языка (XI - XIX вв.)”, М. 1994 г.). А известный исследователь Галицкой Руси XIX в. В. А. Кельсиев отмечает крайне важный момент:

Говорят, что Петр I гражданскую печать выдумал, а, оказывается, он просто-напросто позаимствовал ее у галичан и прочих малорусов, которые употребляли ее еще в XVI в. Заголовки многих грамот и статутов, виденные мной в Ставропигии, начертаны чисто нашими буквами, а текст, писанный в XVI веке - очевидный прототип нашей скорописи и наших прописей елисаветинских и екатерининских времен...” (В. Кельсиев, “Галичане и Молдавия. Путевые письма.” СПб. 1868 г.).

Таким образом, насильственная украинизация является не только нарушением прав миллионов людей, но и беспрецедентной по своим масштабам акцией, а по существу - погромом тысячелетней православной культуры Южной Руси. В этом смысле характерна ненависть идеологов “самостийщины” к богослужебному церковно-славянскому языку, являющемуся элитарным и на протяжении многих веков творчески подпитывающему и обогащающему русский язык. Лозунг “Долой славянщину” провозгласил еще “первый президент Украины” М. Грушевский, а настойчивые требования “украинизации” богослужения, изгнание церковно-славянского языка звучат лейтмотивом у раскольников- автокефалистов, ультиматумы с подобными требованиями постоянно раздаются в адрес канонической Православной Церкви, которая твердо не принимает их, стоя на страже своего духовного наследия, оберегая выросшую из него культуру от новых варваров. Очень метко по этому поводу сказал известный западнорусский православный апологет и подвижник Иоанн Вишенский, живший на рубеже XVII - XVIII вв.: “Диавол языка словенска ненавидит”.

Некоторые параметры развития украинской диаспоры в России и русской на Украине

В настоящее время в Российской Федерации зарегистрировано более 40 украинских организаций (согласно последней переписи населения в РФ проживает около 4 млн.  украинцев). Ими издаются газеты:

• “Украинский курьер”( Москва),
• “Украинский выбор” (Москва),
• “Рiдне слово” (Челябинск),
• “Украинец на Зеленом клине“ (Владивосток),
• “Криница” (Уфа),
• ”Казацкое  слово” (Краснодар),
• “Украинское слово” (Мурманск).

Украинское государство придает немалое значение консолидации и политизации украинской диаспоры в России. На Украине разработана и осуществляется государственная программа “Украинская диаспора до 2000 года”.

Украинской стороной придается колоссальное значение открытому  Культурному центру Украины в Москве, на Арбате. Это огромное пятиэтажное здание в самом центре Москвы, прекрасно оборудованное информационными и охранными системами. В Москве действует также Украинский институт, зарегистрированный как автономная часть Московского государственного открытого педагогического университета (правда, Украинский институт не имеет гос. лицензии и является коммерческим учебным заведением). Институт имеет филиал в Башкирии, открываются филиалы в Татарстане, Тюмени, Якутии и Хакасии. Институт планирует создать центры дистанционного обучения по всем украинским организациям.

Департамент образования Москвы ежемесячно выделял в 1997 г. организациям украинцев 3 - 4 млн. неденоминированных рублей, а на украинский музыкальный салон - 25 млн. рублей в сезон. Что касается украинских школ и классов, то их мало в России по единственной причине - в украинские классы не набирается более 1 - 2 учеников. Однако в Башкирии, например, при поддержке властей функционируют 3 украинские школы с “украинской идеологией”. На Украине же русская система образования осталась только в Севастополе (при Черноморском флоте и приходе Св. Владимира в Херсонесе).

Активной деятельностью по консолидации и политизации украинского населения в России занимается также римско-католическая церковь. Показательным является тот факт, что в поставлении нового католического епископа в Иркутске участвовал один из самых активных деятелей Украинской греко-католической церкви епископ Василь Медвид, заявивший в интервью Львовской греко-католической газете “Вiрую” о том, что “в Сибири проживают 10 млн. потенциальных греко-католиков”. Деятельность подавляющего большинства украинских организаций в России отличается антирусским экстремизмом, подпитываемым и поощряемым Украинским государством. Так, в “географическом атласе истории Украины” для  5-го класса средних школ “украинскими этническими территориями” объявлены Кубань, Дальний Восток и Омская область. А территориальные претензии на Кубань, часть Воронежской, Брянской областей включены практически во все учебники истории и картографическую продукцию, издаваемую на Украине.

Антирусскими и антироссийскими выпадами наполнены, к сожалению,  украинские печатные издания, ими изобилуют многие речи, звучавшие на втором съезде украинцев России в 1997 году. Так, постоянные антирусские выпады главы Союза театральных деятелей Украины Леся Танюка на втором съезде украинцев России вынудили официальных лиц России, присутствовавших на съезде, поставить вопрос о дальнейшем своем пребывании на данном собрании. А 23 августа 1998 года в газете “Вечерний Киев” было опубликовано обращение председателя Организации украинских националистов города Москвы Виктора Гуменюка “Церковь Московского Патриархата не имеет права на существование на Украине”. Все эти действия остаются абсолютно безнаказанными со стороны российского государства.

В жестком антироссийском ключе строит свою деятельность и Украинский институт в Москве. В августе 1998 г. им была запланирована международная конференция "Украинские вопросы в России", призванная в очередной раз продекларировать основной тезис украинских националистов о якобы имевшем место “многовековом” геноциде Украины со стороны России, имеющая целью идеологическое обоснование погрома русской культуры на Украине и требование от России все новых и новых уступок. Весной 2000 года состоялся десант представителей украинских националистических организаций в Тюменскую область с соответствующей миссией. Не следует недооценивать  серьезный и последовательный характер политики Украины по поддержке и политизации своей российской диаспоры. Наиболее последовательно эта политика осуществляется по отношению к Краснодарскому краю. Создан «Комитет по возвращению Кубани», курируемый, по некоторым сведениям, лично директором службы военной разведки Украины генералом Скипальским. Насколько последовательно осуществляется эта программа,  можно судить хотя бы по тому факту, что практически все местное телевещание  осуществляется на украинском языке.

Совсем иначе обстоит дело с русской культурой на Украине. В этом государстве нет ни одного русского университета, ни хотя бы одной русской национально-культурной автономии.

В Киеве выделено место под строительство русского центра на улице Гончара площадью 700 кв. м.. Однако, этот район Киева совершенно неравнозначен московскому Арбату (адекватными ему являются Крещатик, Красноармейская улица; как минимум - Андреевский спуск). Землеотвод явно уступает по площади Украинскому культурному центру на Арбате. Несмотря на имеющийся землеотвод, до сих пор не создана дирекция Центра, не начато даже проектирование.

Русские, составляющие 22% населения (11,4 млн. человек), всегда были и остаются крупнейшим народом на территории Украины, фактически, они, наряду с украинцами - государствообразующая нация. Наибольшее количество русских проживает в Крыму (67% населения), в Донецкой и Луганской областях (более 55% в каждой соответственно), в Харьковской и Днепропетровской (более 55% в каждой соответственно), в Новороссии. Благодаря высокой урбанизированности русские составляют большинство в крупнейших промышленных центрах Украины и значительные общины во всех крупных городах. Около 30% всех жителей городов Украины - русские.

О степени воздействия русского языка на городскую культуру страны говорят такие цифры: свыше 54% украинцев считают себя русскоязычными, а 72% полагают, что им необходимо знание русского языка, газеты на русском языке читают 83% русских и 71% украинцев (т.е. практически все горожане и часть сельских жителей), в то время как украиноязычную прессу читает лишь 35% украинцев и 7% русских.

Русский язык во всех законодательных актах Украины, начиная с Конституции, демонстративно игнорируются. Попытки придать ему статус второго государственного языка неизменно блокируются, хотя, по опросам населения, 40% считают такой статус необходимым (против этого - только 18%). Правительством Украины передан 01.07.97 г. в Верховную Раду официально разработанный Госкомнацмиграции очень жесткий законопроект “О развитии и использовании языков на Украине”, согласно которому сфера действия русского языка ограничивается максимально. В частности, СМИ, вещающие не на государственном языке, могут быть оштрафованы “за неиспользование государственного языка в случаях, когда его использование предусмотрено законодательством Украины о языках как обязательное” (ст. 30) и лишены лицензий. Планируется также введение штрафов за неиспользование государственного языка: для рядовых граждан - 50 гривен, а для руководителей - 120. В законопроекте, среди прочего, говорится:

“Государственным языком на Украине является украинский язык... Государственный язык является обязательным для использования в деятельности государственной власти и органов местного самоуправления, объединений граждан, партий, организаций, а также предприятий независимо от форм собственности...” (ст. 1); “Передачи государственного телевидения, радио, а также издание средств массовой информации органов государственной власти и местного самоуправления осуществляются на украинском языке.... Объем украиноязычной информации на негосударственных теле- и радиоканалах должен составлять не менее 70 процентов от общего объема эфирного времени, оговоренного при выдаче лицензии” (ст. 21); “Государство обеспечивает право граждан Украины на получение образования на украинском языке. Языком обучения и воспитания в дошкольных, средних, профессионально-технических и высших государственных и общественных учреждениях является украинский язык” - при этом право получения полноценного образования на родном языке для нацменьшинств не только не гарантируется, но забота об этом перекладывается на “национальные культурные товарищества” (ст. 17). И т.д.

Фактически, в случае принятия данного закона, система образования на русском языке будет на Украине уничтожена полностью, а сфера обращения русского языка - предельно сужена.

Законопроект основан на разработках ультра-националистической “руховской” организации - Всеукраинского общества “Просвiта”, проведшего 22.11.96 г. по инициативе президента Кучмы круглый стол с характерным названием “Государственный язык - информационное пространство Украины”. В “Рекомендациях” круглого стола указано на необходимость “утверждения полноценного функционирования государственного языка и целенаправленного уничтожения негосударственного”. Под последним понимается русский язык, использование которого в СМИ “своими негативными последствиями представляет не меньшую угрозу национальной безопасности Украины, чем пропаганда насилия, проституции, а также различные формы антиукраинской пропаганды”. Вскоре - 05.12.96 г. - президент Кучма издал поручение различным государственным инстанциям о финансовом и административном обеспечении “Просвiты”, ее программ, рекомендаций и инициатив, в том числе языковых. Сегодня “Просвiта” - монополист в издании учебников. А кабинет министров издал постановление № 998 от 08.09.97 г. “Об утверждении комплекса мероприятий по всеобъемлющему функционированию и развитию украинского языка ”, где четко сказано: “Осуществить серию мероприятий по пропаганде разъяснению проекта закона о языках” (раздел II).Новым этапом в политике тотальной дерусификации стала деятельность правительства В. Ющенко, все идеологические и гуманитарные посты в котором заняли исключительно  последовательный сторонники дерусификации -в первую очередь- вице-премьер по гуманитарным вопросам Николай Жулинский, председатель Госкомитета по делам информационной политики Иван Драч. В течение 1999-2000 г.г. был принят ряд законодательных актов, направленных на полное вытеснение русского языка из всех сфер жизни Украины. Речь идет о постановлении КС Украины от 14 августа 1999 г.и проекте постановления правительства Украины, детально регламентирующем  меры по форсированной украинизации.

Украина рассматривает защиту информационного пространства, трактуемую в духе “Просвиты”, как важнейшую задачу безопасности страны, что отражено в принятой в феврале 1997 г. Концепции национальной безопасности. Приняты жесткие законы “Об информации”, “О телерадиовещании”, “О печатных СМИ”, готовятся законопроекты “Об информационной деятельности органов государственной власти и органов местного самоуправления”, “О международном информационном обмене”, “О поддержке национальных производителей телепрограмм и печатных СМИ”, “О спутниковом и кабельном телевидении”, а также и другие законы, президентские указы и правительственные инструкции. Все они нацелены против влияния российских СМИ, против русского языка, все они наносят ущерб интересам русскоязычного населения Украины.

Репрессии против российских СМИ носят направленный, плановый характер. В 1992 г. прекращена трансляция “Радио-1”. В 1994 г. прекращена трансляция на территории Украины в диапазоне средних волн радиостанции “Маяк”. С 1994 г. из зоны уверенного приема на Украине было исключено РТР, с сентября 1995 г. на Львовщине - ОРТ. В октябре 1996 г. было прекращено прямое вещание ОРТ на всей Украине. Все попытки зарегистрировать русскоязычные телекомпании в Крыму или Закарпатье наталкиваются на жесткое сопротивление украинских чиновников-националистов.

Более, чем в три раза сократилось в 1991 - 1997 гг. количество русскоязычных театров на Украине: с 43 до 13.

По рапортам Минстатистики Украины в 1996/1997 учебном году действовало украинских и русскоязычных учебных заведений соответственно:

• в Львовской области - 1375 и 5 (а еще недавно было 24);
• Хмельницкой - 1021 и 0;
• Тернопольской - 900 и 0; Ровенской - 762 и 0;
• Волынской - 824 и 1;
• Ивано-Франковской - 727 и 1,
• Винницкой - 1032 и 3;
• Житомирской - 885 и 3;
• Киевской - 752 и 1;
• Черкасской - 658 и 1.

На Западной Украине такое снижение оправдать нельзя (там живет, свыше 300 тыс. русских), хотя можно объяснить. Но как объяснить положение с традиционно русскоязычными регионами, где происходит такое же катастрофическое сокращение школ с обучением на русском языке? Как объяснить, что в Киеве, где проживает 600 тыс. русских и 90% жителей говорит на русском языке, начиная с 1991 г. количество русскоязычных школ сократилось более чем в 7 раз? (Сейчас там только 11 русскоязычных школ, а было в 1990 г. - 155; с нового 1997 учебного года закрыто 47 русских классов, а после акций протеста русской общины Киева вновь открылось только два из них.

Необходимо остановиться на эпизодах террора, морального и физического, который с попустительства властей осуществляется в отношении русских школ. Так, в 1993 г. во Львове в ночь с 5 на 6 сентября боевики национал-социалистической партии Украины разбили в русских школах окна, испещрив стены антирусскими надписями и листовками. Виновные наказания не понесли. Был избит и вынужден покинуть Ивано-Франковск директор так и не открывшейся русской гимназии. Против руководителя ассоциации “Русская школа” А. Поздняковой было возбуждено уголовное дело, ее незаконно уволили с работы (восстановили по суду). Директор львовской школы №45 В. Кравченко приобрел учебники и пособия в России, однако таможня, а затем Миннац и Минобразования не пропустили их в страну. Эти эпизоды характерны, но не единичны.
 На Украине не осталось ни одного (!) вуза, имеющего официальный статус русскоязычного. Все вступительные экзамены в вузы идут, как правило, на государственном, т.е. украинском языке. Это заставляет родителей отдавать детей в украинские школы, де-факто нарушая их право на образование на родном языке. За государственный счет открываются бесплатные украинские гимназии, лицеи и курсы, облегчающие поступление в вузы. Аналогичные заведения с русским языком преподавания есть, но частные и платные.

Дискриминация детей по языковому признаку коснулась даже самых маленьких. Так, процент детей, имеющих возможность посещать русскоязычные сады, за последние 7 лет сократился с 70% до 1%. Это особенно страшно: малышей лишают национальной идентичности с первых же лет сознательной жизни.

Отметим, что во всех школах и вузах преподавание гуманитарных дисциплин, в первую очередь истории, ведется  с отчетливо антироссийских позиций. Так, только Фонд Сороса выпустил более 90 наименований (!) учебников и пособий по истории (подготовленных, в основном, канадской диаспорой), где Россия изображается главным историческим противником Украины.

В течение 1995 - 96 гг. Государственным комитетом по делам национальностей и миграции разработаны целевые программы “украинизации” Закарпатья, Крыма, Новороссии, г. Киева. В этих программах предлагается целый комплекс мер - поэтапное сокращение преподавания на русском языке, различные санкции за его употребления, финансовое удушение русской культуры, административные репрессии, кадровая политика. (Добавим, что за 1991 - 1995 гг. в СМИ прошли этнические чистки с целью избавления от русских и русскоязычных журналистов.)

Этнокультурное противостояние, навязанное “галицийским лобби” населению Украины, ярко проявляется в спровоцированных им же гонениях на Украинскую Православную Церковь Московского Патриархата. С помощью боевиков УНА-УНСО у УПЦ МП аннексировано около 400 храмов, Кафедральный Владимирский собор в Киеве, резиденция митрополита, реквизированы банковские счета (в основном в Галиции, Волынской и Киевской областях) и т.д..  В настоящее время на Украине насчитывается еще около 300 “горячих точек” - храмов, намеченных националистами к незаконной экспроприации.

Следует напомнить, что этнокультурное противостояние порой приобретает военный характер: так, 24.10.95 г. во Львове был обстрелян и подожжен русский культурный центр. Виновных “не нашли”. Следующая попытка имела место 4 октября 1998 г. 2000 год  стал временем новой атаки на русское присутствие в Галиции. Поводом для новой антирусской кампании послужила смерть львовского украиноязычного поп-певца Игоря Билозира в мае 2000 г., наступившая вследствие пьяной драки, начавшейся из-за  В ответ  прошла серия антирусских манифестаций, сопровождавшихся беспорядками в городе. В результате Львовский и Дрогобычский горсоветы приняли дискриминационные постановления, запрещающие радиотрансляцию на русском языке и использование русского языка в магазинах и предприятиях питания. Безусловно, что данные акции проходили при  молчаливом одобрении украинских властей, а конкретно-все тех же Жулинского, Драча, спикера ВР Ивана Плюща, премьера Ющенко. Важной  причиной для эскалации антирусской кампании стали успехи русского бизнеса в Галиции, когда коммерческая ассоциация «Славяне», возгл. председателем Русского Движения Украины А. Г. Свистуновым, стала играть весьма заметную роль в регионе. Раздражение вызвало и создание Межнационального форума Украины, в котором именно вокруг русских объединяются основные нацменьшинства Украины и ее западного региона - более 700 тыс. закарпатских русинов, ок.200 тыс.венгров, ок.100 тыс. буковинских румын. Их консолидация вокруг русского движения способна достаточно серьезно повлиять на расклад сил.

Участники круглого стола в Харькове в январе 1997 г. с полным правом охарактеризовали ситуацию, сложившуюся на Украине вокруг русского языка, русской культуры и образования как “культурно-языковую войну против большей части собственного народа”, осуществляемую с сознательным попранием собственной Конституции, неисполнением собственных законов и игнорированием международных обязательств Украины. С тех пор изменения были лишь в сторону ухудшения.

Особо следует остановиться на культурно-языковом насилии, творимом украинскими властями в наиболее плотно населенном русскими людьми регионе: в Крыму. Русский язык считают родным 82,6% крымчан, а свободно владеют им 97%. Украинские СМИ уверяют, что большинство русских крымчан - мигранты, но это - ложь: в действительности русские составляют 78,7% от родившихся в Крыму жителей. Украину же считают своей родиной только 11% крымчан. В силу сказанного культурно-языковая дискриминация русских и русскоязычных людей в Крыму носит особенно вопиющий характер.

В последние годы количество часов, отведенных в школах Крыма на изучение русского языка и литературы, уменьшилось на 35%. Русская литература включена в общую программу заодно и наравне с западноевропейской, американской, восточной и африканской литературами. В выпускном, 11 классе соотношение времени на изучение русской и украинской филологии равно 1:3. Русскоязычные школы в Крыму еще есть, но назвать их русскими нельзя: русская история в них не преподается, а украинская преподается с антирусских и антироссийских позиций. 27 августа 1997 г. Совет министров Крыма принял постановление “О программе развития сети общеобразовательных учреждений, классов с украинским, крымско-татарским языками обучения, школ и классов с двумя языками обучения”; но русскоязычные школы там даже не упоминаются.

15 декабря 1997 г. зам. министра культуры Украины В. И. Рожок выслал в соответствующие крымские инстанции представление, в котором, ссылаясь на поручение Кабинета министров Украины от 27.11.97 г. потребовал предоставить график перевода всех высших учебных заведений Крыма на украинский язык преподавания. Наряду с резким сокращением русских историко-филологических программ идет и соответствующее сокращение штатов: педагоги вузов, в том числе имеющие ученые звания и степени, вынуждены покидать стены учебных заведений, а порой и вообще Республику Крым. На филологическом факультете Симферопольского университета из 25 сокращенных ставок 23 приходится на отделение “Русский язык и литература”.

Киев, опираясь на свои креатуры в административном слое, ведет настоящее наступление на русский язык и культуру в Крыму. Так, 20.08.97 г. начальник Главного управления юстиции Министерства юстиции Украины в Крыму Е. Скисов издал предписание (№1230/0112) всем нотариальным конторам в срок до 01.10.97 г. перевести все делопроизводство и оформление нотариальных документов на украинский язык. Вслед за тем, 15.10.97 г. Верховный Совет Крыма сделал попытку отстоять право крымчан говорить и писать на родном языке: принял постановление (№1337-1) “О функционировании русского языка на территории Автономной Республики Крым”. Согласно этому документу официальным языком и языком делопроизводства на территории полуострова следует считать русский язык, а язык обучения должен определяться с учетом права граждан на свободный выбор.

Однако прокурор Крыма В. Шуба, вслед за сердитым окриком президента Кучмы из Киева, заявил (представление №7-399 от 27.10.97 г.), что упомянутое постановление ВС Крыма не соответствует Конституции и законам Украины, и указал, что языком работы, делопроизводства и документации, а также взаимоотношений различных органов, предприятий, учреждений и организаций повсеместно на Украине является украинский язык, а ВС Крыма не вправе определять ни язык делопроизводства, ни язык обучения на вверенной ему территории. (Аналогичное постановление законодательного собрания русскоязычного Харькова также блокировано прокуратурой.).

Антирусская кампания в Крыму, проявляющаяся в области образования и культуры, имеет характер не временной, а постоянной, централизованно спланированной акции. Она инспирируется высшей властью Украины, как законодательной, так и исполнительной. Понимая, что среди русских людей в Крыму она не много найдет верных исполнителей своей политики, центральная власть ищет опору либо в своих ставленниках (преимущественно украинцах), либо в представителях нацменьшинств. В частности, 31.07.96 г. Кабмин Украины направил правительству Крыма письмо 14056/2 “О мерах, направленных на идеологическое обеспечение статуса Крыма как составной части Украины”. План мероприятий в русле этой директивы был разработан под руководством вице-премьера АРК, татарина И. Умерова. Все его многочисленные остроумные предложения направлены на форсированную украинизацию крымского культурного пространства и на развитие культур малых народов и национальных меньшинств; единственный народ, который, в соответствии с этим планом, не вправе рассчитывать на какую-либо поддержку своей национальной культуры - это, разумеется, русские.

Сразу после подписания Российско-украинского договора в мае 1997 г. Киев предпринял ряд усилий по борьбе с русским языком и культурой, в том числе в Крыму. В Севастополе и Симферополе за счет квартирного фонда этих городов предусматривается (и уже идет) размещение значительного количества идеологических работников из западных областей для “укрепления” средств массовой информации в Крыму. В уже упоминавшемся постановлении Кабмина от 08.09.1997 г. имеется пункт: “Утвердить план мероприятий в области активизации и расширения сферы деятельности украинского национально-культурного центра в Севастополе”.

Следует обратить внимание на широко используемый украинской стороной аргумент об “огромном количестве издаваемых на русском языке газет и журналов”. Дело в том, что содержание большинства из них направлено на создание из России “образа врага”. Такой идеологии придерживаются крупнейшие “русскоязычные издания” - “Сегодня”, “Факты”, “Зеркало недели” и др.. В то же время русские и русофильские силы, в том числе УПЦ Московского Патриархата - крупнейшая конфессия Украины, насчитывающая 30 млн. приверженцев, практически лишены выхода на телевидение и радиовещание. По экономическим причинам приостановлен выпуск и без того немногочисленных русских газет - “Российская община Севастополя”, “Братья славяне” - в Северодонецке, “Совесть” - во Львове.

Российская сторона обладает серьезными возможностями для нейтрализации антиконституционной деятельности националистов. В первую очередь необходимо требовать от Украины подлинного паритета в развитии русской и украинской культур, и, естественно, полноценной поддержки русских и пророссийских сил, Украинской Православной Церкви Московского Патриархата.

Одной из главных задач является защита позиций русского языка на Украине; необходимо добиться признания его вторым государственным. Не последним аргументом здесь является автохтонность русского языка на Южной Руси - Украине.

Международный опыт гармоничной языковой политики также должен быть востребован - так, в Финляндии количество шведов в процентном соотношении значительно меньше, чем великороссов на Украине, однако шведский язык признан в этой стране вторым государственным. В моноэтническом и националистическом Израиле - два государственных языка - иврит и арабский. Так что в сравнении с мировой практикой языковая и национальная политика Украины является беспрецедентной.