Глава правительства Украины Виктор Янукович уверен, что решение о размещении американской системы ПРО в странах Восточной Европы может быть принято лишь после всестороннего европейского обсуждения, в противном случае Евросоюз может быть снова на грани раскола, как это было перед войной в Ираке. В интервью корреспонденту Handelsblatt МАТИАСУ БРЮГГМАННУ Виктор Янукович рассказал подробнее о внешнеполитическом векторе Украины и видении российско-украинских отношений.

— Как вы считаете, кто определяет, должна ли Украина вступать в НАТО: президент, парламент или правительство?

— Основы внутренней и внешней политики определяет парламент, основываясь на законах Украины. Сегодня здесь нет противоречий, а есть скорее разногласия относительно тактики решения вопроса европейской и евроатлантической интеграции. Мы считаем, что последние полтора года, фактически после президентских выборов 2004 года, поддержка населения идеи вступления Украины в НАТО упала до 15—20%. Это яркое доказательство неэффективной внутренней политики, которая привела к падению доверия украинского народа к власти. О том же свидетельствуют социологические исследования: их результаты показывали очень высокий уровень поддержки и доверия к власти сразу после «оранжевой революции». На фоне этого падения изменилось и отношение к политическому курсу той власти, как внешнему, так и внутреннему.

— Как вы прокомментируете решение возле границ Украины — в Польше и Чехии — развернуть американскую систему противоракетной обороны?

— В данный момент мы изучаем этот вопрос с точки зрения тех угроз, которые могут возникнуть перед Украиной. В самое ближайшее время опубликуем свою официальную позицию относительно систем ПРО в Польше и Чехии. На наш взгляд, этот вопрос предварительно должен был обсуждаться в том числе и с Украиной, а также с Россией. Только после проведения широкой дискуссии с участием стран Западной и Восточной Европы можно было бы принимать такое решение.

— Польша является ключевым партнером Украины, может ли ее активная поддержка плана развертывания системы ПРО негативно сказаться на украинско-польских или украинско-европейских отношениях?

— Даже до того как будет высказана наша официальная позиция по этому вопросу, мы считаем, что развертывание системы ПРО в Польше и Чехии не пойдет на пользу отношениям наших стран.

— Вы разочарованы тем, что, хотя, например, два года назад европейцы готовы были видеть Украину в ЕС, сегодня Ангела Меркель говорит: нет, Украина может быть только соседом Евросоюза?

— Я и моя партия, 10-летие которой мы будем праздновать в этом году, всегда были приверженцами интеграции Украины в ЕС. Уже на первом съезде партии было закреплено решение о поддержке евроинтеграционных процессов. В составе прошлого парламента, к примеру, наша фракция называлась «европейской».

— Существует мнение, что у вас имидж пророссийского политика.

— Такой имидж формируют политические технологии. На самом деле я и моя партия — мы никогда не были противниками европейской интеграции. Что же касается отношений с Россией, то мы считали и продолжаем считать, что они должны быть стратегическими, необходимо создавать условия для двустороннего взаимовыгодного развития экономик наших стран, поддерживать культурные, дружественные и исторические связи между украинским и русским народом. Мы уверены, что такой сильный дружественный сосед, как Россия, — это не недостаток Украины. Это ее преимущество.

— Как вы прокомментируете недавнее заявление президента Путина на конференции в Мюнхене об охлаждении отношения Запада к России?

— Я думаю, что слова Путина прозвучали на фоне заявлений со стороны США и реакция России на них была в общем-то прогнозируемой.

— Тем не менее на Западе начинают формировать чуть ли не антироссийский блок…

— Я так не думаю. Европа не заинтересована в обострении отношений с Россией, так как не заинтересована в этом и Украина. Интерес Украины заключается в том, чтобы быть надежным мостом между Европой и Россией в решении многих важных вопросов. Прежде всего в создании системы энергетической безопасности, развитии транспортных коридоров, борьбе с терроризмом. И решить эти вопросы без участия России невозможно. РФ нельзя отвергать. Она существует, и это очень сильное государство, развивающееся очень высокими темпами.

— Ожидаете ли вы, что Германия, которая сейчас председательствует в ЕС, сделает что-нибудь особенное для поддержки Украины на пути в Евросоюз?

— Это будет одна из ключевых тем наших разговоров в г-жой Меркель. Я надеюсь, что канцлер ФРГ поспособствует прежде всего в вопросе подготовки подписания нового соглашения с ЕС. Мы прекрасно понимаем, что этот новый договор определит на следующие десять лет тот путь, который должна пройти Украина, интегрируясь в европейские институты.

— Членство в ЕС — конечная цель евроинтеграции Украины?

— Да. Мы хотели бы, чтобы в новом договоре было сказано о перспективе членства Украины в ЕС. Украина на это рассчитывает. Хотя мы прекрасно понимаем, что сегодня невозможно четко сказать, когда мы вступим в Евросоюз. И в Украине это понимают. Нам очень многое нужно сделать. Только сейчас у нас появился реальный механизм реализации долгосрочных реформ. Мы получили инструмент эффективной работы правительства и парламента, которого раньше не было. Парламент работал сам по себе, правительство само по себе, президент сам по себе. Неудивительно, что в таких условиях за годы независимости поменялись 15 правительств. За это время фактически не было реализовано ни одной долгосрочной программы. Во-первых, их было очень трудно принимать, во-вторых, обеспечить механизм реализации принятием необходимых законов. А один из самых ярких примеров — это вступление Украины во Всемирную торговую организацию (ВТО). В течение семи лет так и не были приняты необходимые законы для вступления в ВТО. Мы приняли их менее чем за пять месяцев. В парламенте рассмотрены и приняты 85% законов, которые были разработаны в кабинете министров. Это говорит о том, что мы начинаем и реализовываем долгосрочные реформы. Сейчас начали разрабатывать первую среднесрочную программу стратегии развития Украины до 2011 года, то есть на время каденции этого парламента. Эта программа будет презентована в самое ближайшее время.

— Когда же Украина вступит в ВТО?

— Мы надеемся, что это случится в середине 2007 года.

— За последнее время существенно сократился объем иностранных инвестиций в Украину. В чем причина: политический кризис или борьба ветвей власти?

— Мы считаем, что это последствия неэффективной работы предыдущих правительств, и прежде всего правительства Юлии Тимошенко. Самый большой удар по иностранным инвесторам был нанесен именно в 2005 году, когда была объявлена реприватизация и отменялись законы, регламентирующие деятельность инвесторов на территории Украины. Может быть, эти законы были несовершенные, может, даже и плохие, но они работали и гарантировали сохранение установленных правил. Инвестор рассчитывал на то, что он по этим законам будет иметь возможность работать в Украине.

— Сейчас ситуация изменилась?

— На сегодня, я думаю, у нас созданы все условия для стабильной работы иностранных инвесторов. Мы создали совет инвесторов при кабинете министров, куда войдут самые крупные инвесторы, которые сегодня работают в Украине. Мы восстановили рост инвестиций в Украину и ожидаем их значительного увеличения в 2007 году. Экономическую ситуацию мы фактически уже выровняли. И за первые пять месяцев нашей работы до конца 2006 года получили прирост ВВП продукта более 8%. Бюджет 2006 года был выполнен на 104,2%. За этими цифрами скрывается результат огромной работы, которую мы проводили в рамках реализации антикризисной программы, принятой в самом начале нашей работы. Сейчас мы уже выполняем программу социально-экономического развития Украины на 2007 год. В январе профинансировали бюджет на 100%, то есть копейка в копейку.

— Почему остановилась приватизация?

— Мы будем увеличивать количество приватизируемых объектов. Считаем, что проведение самой правильной и прозрачной приватизации проходит через фондовые рынки. Например, регистрация путем IPO тех объектов, которые приватизируются. Именно котировка акций даст реальную стоимость этих объектов.

— Сейчас уже ведется подготовка к таким IPO?

— Мы уже поставили перед собой эту задачу и будем ее выполнять. Думаю, что в нынешнем году нам удастся один-два таких пакета акций приватизируемых предприятий продать через фондовые биржи.

— Почему для вас так важен вопрос создания российско-украинского газотранспортного консорциума?

— Для нас очень важно, чтобы в Украину поставлялись стабильные объемы газа по приемлемым ценам. Не мы определяем сегодня поставщика газа в Украину. Определяет собственник газа — это страны Средней Азии и Россия. Как известно, «РосУкрЭнерго» на 50% принадлежит «Газпрому», поэтому это их решение.

РБК