Теперь Евгений Кушнарев - часть истории Украины. Горько это звучит. Слишком свежа боль утраты, да и непристойно громкая радость врагов еще не улеглась.

И тем важнее понять истоки любви и ненависти

Пожалуй, стоит оттолкнуться от статьи В. Бойко, "Смерть браконьера" (Ord.kiev.ua) - и не потому, что злость в этой статье зашкаливает за уровень восприятия, а потому, что автор ее пытается имитировать настроения "маленького украинца", для которого несчастье с "большой шишкой", происшедшее в глубинке – всего лишь шанс получше оснастить местную больницу, и потому – нечаянная радость. Не странно ли? Ведь это пишут люди, не так давно вспоминавшие о человеческом достоинстве и призывавшие "подняться с колен", что, вроде бы, несовместимо с тем "уровнем быдлости", до которого скатывается пан Бойко. Но призывали они, однако, к этому не всех, а некоторых, готовых стать под оранжевые знамена. Всех прочих они охотно списывали под не вполне вменяемую "биомассу".

Соответственно они относились и к тем "большим шишкам", которые оказались на противоположной стороне - говоря открытым текстом, как к патологическим трусам, не имеющим убеждений и продажным до последней пуговицы. Таковых действительно хватало. Их это устраивало - подобный "противник" опасен не был. И, окажись Евгений Петрович в рядах чиновников этого сорта, не было бы сейчас того шквала злорадства - но, правда, не было бы и прощальных записей в ЖЖ - "Спасибо, что ты был!".

Давайте вспомним самих себя - обычных граждан (ненавижу понятие "маленькие украинцы") - в эти странные дни конца 2004 года, когда даже нам, привычным к отсутствию понятия о чести у наших бонз, мерзко было видеть очередное перекрашивание очередных чиновников и нардепов. Вспомним самих себя еще раньше. Разве не задавали те из нас, кто вовремя понял опасность явления, позже обозначившегося оранжевым цветом, тяжелый вопрос - а не сдаст ли нас наша элита снова? А решится ли на противостояние? Ведь, скажем честно: Юг и Восток Украины были давно недовольны сложившейся ситуацией. Ругали по кухням украинизацию и учебники истории, недобрым словом поминали тот ушат помоев, который лился из СМИ - причем подчас из официозных СМИ! - на Россию, на русских, а то и на всех подряд украинских граждан, считающих русский язык не чужим для себя. Другое дело, что наступление националистов было осторожным – особенно в "сложных" для них регионах, – а проблемы выживания часто вытесняли прочие проблемы (хоть и были с ними связаны). Энтузиасты пытались бороться с создавшейся ситуацией и в итоге как-то подготовили общественное мнение к противостоянию 2004 года, но в корне ничего изменить не могли: на это у них не хватало ресурсов. В целом Юго-Восток молчал, потому что молчала элита.

В Северодонецке элита заговорила

Пожалуй, ненависть к Кушнареву обьясняется не только тем, что именно он сказал (и раньше, и позже говорили вещи и покруче), но и тем, что от него этого никак не ожидали. Ведь он был чиновником высокого ранга, осторожным, толковым и честолюбивым, всегда игравшим по правилам и всегда лояльным действующей власти. К тому же он не был "донецким" и, как казалось, вполне мог "перекраситься" в лучших традициях нашего чиновничества. Что заставило его так поступить? Окончательное понимание своей внутренней несовместимости с новой властью и ее идеологией? Неприятие фальши и лицемерия, которыми было пронизано все майданное действо, и которые человек с его опытом не мог не распознать? Нежелание примириться с тем, что "большие дяди" извне лезут в наши внутренние дела и заставляют сдать игру, выигранную согласно правилам? Нелюбовь к революции как деструктивной стихии? Усталость от идиотских сплетен, в которых Кушнарев фигурировал в качестве боксерской груши Януковича (ведь, право, какому уважающему себя человеку понравится быть побитым холуем, хотя бы и в сплетне)? Или все вместе? Мы этого никогда не узнаем, да и так ли это важно? Главное, что Евгений Кушнарев выпрямился во весь рост и этим подал пример другим.

Олесь Гончар когда-то писал о том, что лучшими солдатами становятся не лихие хлопцы, которым море по колено, а обычные хорошие работяги. Потому что война – это та же работа, только еще более тяжелая, и двадцать четыре часа в сутки. Точно так же лучшими оппозиционерами становятся не вечные бунтари против всего и вся, а толковые работники, привыкшие жить в ладу с действительностью, пока действительность не выкинула нечто совершенно невозможное, с чем смириться – значит себя не уважать. За это, кстати, тоже ненавидят Евгения Кушнарева – в оппозицию пошел серьезный человек, для которого оппозиция была не бравадой и желанием показать себя, а той же работой, только в условиях, приближенных к экстремальным. Ну а раз эту работу выбрал человек такого уровня, то и другим не зазорно.

Да, может быть, это уж слишком: противопоставить наглости новоявленных "птенцов гнезда ежова" абсолютную готовность оставить в их руках свой труп, но не себя самого. Тем не менее даже это имело огромнейшее значение, ибо в нашей новейшей истории мало кто демонстрировал на всю Украину столь обостренное чувство собственного достоинства.

Им так хотелось думать и говорить, что это они – Украина, что это они – народ, а все прочее – неразумное "быдло". То, что говорил и делал Евгений Кушнарев, доказывало, что граждане Украины, не принявшие Майдан – это тоже народ, со своей правдой, со своей культурой и своим чувством чести. Разумеется, это был не единственный человек, противостоявший "оранжевым". Но он был очень заметен – и при этом то, что он делал, нельзя было списать ни на личные или корпоративные "интересы", ни на то, что "ему было просто деваться некуда".

А еще при этом он осознавал, что происходящее – опасно и ненормально. Что с этим надо что-то делать. Он нащупывал точки соприкосновения, возможные пути объединения расколотой страны. И этим он тоже ненавистен своим недругам – тем, что видел граждан и в сторонниках своих, и в противниках, и понимал, что попытка одной части общества силой навязать свою правду другой его части – это путь в никуда. Ведь для большинства оппонентов Кушнарева это понимание – как высшая математика для недоучек с восьмиклассным образованием. Им все кажется, что достаточно "победить" нескольких особо злостных "врагов нации", а прочие, несчастные заблудшие души, смиренно побредут за новыми "поводырями".

В разговоре с посетителями своего сайта Евгений Петрович обещал "высказать свое мнение по этим вопросам более подробно". К сожалению, та статья, которая, скорее всего, должна была стать первой в серии, оказалась его политическим завещанием. И нам остается только повторять слова, адресованные, возможно, не нам, его единомышленникам, а тем, кого он пытался убедить: "... казалось бы, проблем здесь быть не должно — имеется государство, причем — многонациональное ...". Неужели за очевидную истину иной раз приходится отдавать жизнь – только для того, чтобы она стала еше более очевидной? Или просто пуля первым настигает того, кто отчаянно, у всех на глазах, выпрямляется под огнем во весь рост?