С Андреем Владиславовичем Марчуковым, кандидатом исторических наук, научным сотрудником Института Российской истории РАН, мы обсуждали попытки переписывания на Украине истории советского периода, а именно – героизацию Романа Шухевича и оправдание батальона «Нахтигаль».

- Здравствуйте, Андрей Владиславович. Давайте сначала поговорим о Вашей книге. Скажите пожалуйста, о чём она?

- С удовольствием. Книга называется «Украинское национальное движение. УССР. 1920-1930-е годы. Цели, методы, результаты». Если кратко, то она – о том, как создавалась украинская нация, кем, на каких принципах, каким мировоззрением руководствовались её творцы. В общем, откуда появилась Украина.

- Понятно. Вы в ней затрагивается целый комплекс проблем: и ситуацию в Православной церкви, и КП(б)У, и бандитизм, и многие другие. А есть ли в российской историографии подобные работы?

- Скажу совершенно серьёзно, работ по данному периоду, где бы поднимались такие вопросы, в России, да и как это ни покажется странным, на Украине нет. И очень жаль, ведь история Южной Руси/Малороссии/Украины – это важная часть всего русского исторического процесса. Все события нашей общей истории тесно взаимосвязаны, и в том числе процессы национальные.

- Я знаю, что Вашу книгу, как и другие работы, например, о «голодоморе», известная часть украинских историков и критиков восприняла крайне болезненно, обвинила в великодержавности и т.п.

- И даже назвали предателем: дескать, прицепил к «хорошей» фамилии «нехорошее» окончание "-ов". Но говорят это т.н. «национально свидомые». Я воспринимаю их реакцию спокойно. Наоборот, раз они ругают, значит, работы хорошие. Тем более что по существу им сказать нечего – опровергнуть приведённые факты трудно. А болезненная реакция – оттого, что эти факты не вписываются в так называемую национально-украинскую схему истории, которая им так мила и которую они усиленно насаждают как единственно правильную. Что это за схема, объяснять не надо. Кстати, тираж разошёлся моментально, причём большая часть – именно на Украине.

- Вот теперь давайте поговорим об одной из составляющих этой концепции – о деятельности украинских националистов в годы войны. На Украине историки СБУ изо всех сил реабилитирует батальон «Нахтигаль». Пытаясь доказать, что он не участвовал в массовых расстрелах мирного населения во Львове.

- А нюхал ромашки, да? Давайте посмотрим, кем он был создан. Корни «Нахтигаля», УПА и т.д. уходят в начало 1920-х гг. Тогда появилась Украинская Войсковая Организация, которую возглавил Евген Коновалец (бывший австрийский офицер). Она сразу же вступила в контакт с германской разведкой, получая от неё регулярные дотации. Взамен УВО обязалась предоставлять свои силы и средства в распоряжение германской разведки, под руководством которой и велась дальнейшая работа националистического подполья – против Польши, потом СССР.

Наследницей УВО стала созданная в 1929 г. ОУН (во главе с тем же Коновальцем). Она продолжила сотрудничество с Абвером. В разведшколах на территории Германии, а потом и оккупированной Польши, немцы готовили кадры для националистического подполья, агентуру. Тот же Шухевич в 1930-х гг. прошёл обучение в четырёх подобных заведениях. Все эти факты хорошо известны, об этом свидетельствуют немецкие, советские документы и даже те, что ведут происхождение из самого украинского лагеря, хранящиеся в российских, украинских, израильских, немецких архивах.

- Когда был создан «Нахтигаль» и как он действовал?

- Переговоры ОУН-б и Абвера о создании украинских военизированных структур, подчинённых последнему, велись с лета 1940 года. Их итогом стало создание «Дружин украинских националистов», из которых зимой 1940 – весной 1941 гг. немцами были сформированы диверсионные батальоны «Нахтигаль» и «Роланд». Состав – оуновцы (бандеровцы и мельниковцы), участники «Карпатской Сечи» - боевиков, совершивших украинский переворот в автономной Подкарпатской Руси (Чехословакия). Абвер создавал подполье и эти батальоны не просто так, а для борьбы с СССР. Соответственно характеру была и их «специализация». «Нахтигаль» стал ещё и кузницей кадров будущей УПА.

В июле 1941 года «Нахтигаль» (совместно с националистами из подполья ОУН и вспомогательной полиции) участвовал в карательных акциях во Львове и ряде других городов, в ходе которых погибло несколько тысяч человек, преимущественно из числа еврейской и польской интеллигенции. Затем они с аналогичными функциями действовали под Винницей. В течение осени 1941 – марта 1942 годов оба потрёпанных батальона были переформированы в «Шуцманшафтбатальон 201», командиром которого стал роландовец Евген Побигущий, а его заместителем – нахтигалевец Шухевич. Батальон вошёл в состав антипартизанского корпуса СС, которыми командовал фон дем Бах Зелевский. И принял участие в карательных акциях в Белоруссии и приграничных районах России, за что заслужил высокую оценку немецкого командования и руководства ОУН.

Кстати, в Белоруссии хорошо помнят, как украинские националисты воевали с партизанами, жгли сёла, расстреливали. В советское время об этом вслух старались не говорить, разве что намёками: вспомните, скажем, знаменитый фильм «Иди и смотри».

- Известно, что в полицейских формированиях служили не бесплатно – они были контрактники?

- При формировании Шуцманшафтбатальона 201 с ними был заключён годичный контракт. Вообще, на начальном этапе войны оуновцы и прочие националисты открыто служили Германии – по линии Абвера и СС, в подчинение которой находились все военно-полицейские части на оккупированной территории СССР. Сотрудниками или агентами Абвера была практически вся верхушка ОУН, в т.ч. самые известные фигуры. На Нюрнбергском процессе полковник Эрвин Штольце свидетельствовал, что в октябре 1939 г. привлёк Бандеру к непосредственной работе в Абвере. А Вальтер Шелленберг в своих мемуарах писал, что военная разведка с успехом использовала Мельника и Бандеру в своих целях. Только в 1941 г. им было выделено по 2,5 млн. марок.

Потом, когда ситуация в войне стала меняться, немцам и ОУН пришлось перейти к скрытым формам взаимодействия, результатом чего стало создание УПА. Строго говоря, УПА не являлась «армией». Армию может сформировать лишь суверенное государство. А это были вооружённые формирования партии – ОУН. Её командный состав, в том числе Клячкивский, Сидор, Гринёх, Луцкий, Лопатинский, Шухевич, Служба безопасности состояли из членов и руководителей ОУН, выпускников разведшкол и офицеров Абвера, многие имели немецкие награды.

- А куда делись шуцманы – контрактники, бывшие нахтигалевцы?

- Другим элементом, составившим костяк УПА, стали те самые шуцманы и бывшие «нахтигалевцы». Осенью 1942 г., когда истёк контракт, они, во главе с гауптманом Шухевичем, с оружием, боеприпасами, якобы «дезертировали» в волынские леса. Весной 1943 г. то же проделали члены охранной полиции. В течение осени 1942 – лета 1943 гг. ОУН-б сумела подчинить себе отряды националистов других течений и создать УПА. Всё это, естественно, делалось с ведома Абвера и отвечало немецким интересам.

Одной из главных причин стала необходимость борьбы с советским партизанским движением, быстро набиравшим силу в Полесье и на Волыни. А в Галиции летом 1943 г. для борьбы с партизанами Ковпака немцы и ОУН создали Украинскую Национальную Самооборону, позже переименованную в УПА-Запад.

Вообще, тема сотрудничества ОУН-УПА с Абвером, СС, Вермахтом известна, многие факты были обнародованы ещё на Нюрнбергском процессе. Именно там прозвучало, что Шухевич был личной креатурой рейхсфюрера СС Гиммлера, по приказу и при поддержке которого он стал командующим УПА.

- Тот самый Шухевич, которому Ющенко присвоил звание Героя Украины? Почему именно его?

- Потому, что был офицером Абвера, надёжной кандидатурой. И он действительно проводил чёткий пронемецкий курс. Естественно, что никакой борьбы с немцами оуновская УПА, исповедуя нацистскую идеологию, с таким кадровым составом и командирами, не вела и не могла вести. Более того. В приказном порядке запрещалось нарушать немецкие коммуникации, нападать на склады и части Вермахта, а за самовольные выступления полагался расстрел. А принимавшиеся для «благоприятного имиджа» антинемецкие декларации никто и не думал исполнять. Поэтому все нынешние разговоры о её борьбе против Германии и нацизма – пропагандистская фальшивка.

- Таких фактов нет?

- Как массового явления – нет. Были редкие стычки, когда немцы принимали бандеровцев за советских или польских партизан. Либо когда мужики из сёл нападали на немцев за то, что они забирали провиант. Эти редкие факты подаются как борьба УПА против немцев. Но вопрос то в том, как вся ОУН-УПА относилась к Германии.

- Против кого же она боролась?

- Против советских партизан, Красной армии, потом против органов советской власти. Часто совместно с немецкими частями. Те им строили склады боеприпасов, оставляли оружие, инструкторов. Это известно из трофейных немецких документов. Это уже не скрыть. А вот другие «подвиги» стараются замолчать.

- Например?

- Например, резню польского населения (на Волыни в 1943, в Галиции – в 1944 годах). Канадский историк Виктор Полищук приводит данные, что бандеровцы вырезали до 120 тысяч мирного польского населения. Причём делали это не спонтанно, а доктринально – так они «очищали» территорию для «украинской нации».

- Украинские историки сегодня говорят, что «Нахтигаль» обвинили во всех грехах из-за одного из руководителей батальона Теодора Оберлендера. Дескать, когда в 1953 году он был назначен в Германии министром по делам беженцев, перемещённых лиц и жертв войны, руководство СССР было этим очень недовольно, и началась его травля.

- В 50-е годы это уже было неактуально. Главные силы УПА были разгромлены в 1944 – 1945 годах, а подполье в основном ликвидировано к концу 1940-х. Все дела по ОУН-УПА, «Нахтигалю» всплыли в 1945–1946 годах. Кстати, о резне поляков на Украине говорят сквозь зубы. Потому что для поляков это геноцид. Молчат и о том, что за время существования ОУН-УПА уничтожила до 80 тысяч мирных жителей – своих же украинцев-галичан.

- Обычно говорят, что убивали партийную номенклатуру, председателей колхозов.

- Убивали и тех, кого Вы назвали (а что они – не люди?), среди которых много было украинцев из восточных областей (которых называли русскими). Убивали учителей, врачей, механизаторов, трактористов, тех, кто служил в армии и членов их семей. И вообще всех, кто лояльно относился к советской власти. Даже киномехаников.

- А их за что?

- Как же? Они крутили кино и, тем самым, способствовали «установлению советского строя и насаждению образа жизни оккупантов». Какое может быть кино, когда Украина «оккупирована врагом»?

Это реальность. Многое вскрылось на Нюрнбергском процессе, а многое после войны порассказали о себе сами оуновцы и другие националисты.

- Например?

- И об убийствах. Или о методах комплектования УПА. Она пополнялась путём насильственных мобилизаций, особенно среди волынских крестьян. ОУН предписывала ходить по сёлам и вербовать людей, а тех, кто не желает и сопротивляется, забирать насильно или просто расстреливать. Многие попадали туда, желая воевать с немцами и поверив пропаганде оуновцев. Ведь не везде были советские партизаны – ради того, чтобы не допустить к ним людей, и пошла ОУН на Волынь. Конечно, среди её «вояк« были и сознательные украинские националисты, знавшие, зачем нужна УПА. Для других она стала защитой от польских отрядов – война не смотрит, кто начал первым. Но это не меняет общую тенденцию. Тот же Боровец или Луцкий писали, что в УПА забирали насильно.

Конечно, многие оуновцы были людьми идейными. Известно, что ядро ОУН-УПА состояло из галицийцев. Мысль о том, что они – истинные украинцы, «чистые» от «московского» духа, развивались в Галиции с конца XIX века, и со временем стала краеугольным камнем сознания многих из них. Хотя именно их культурный тип и менталитет в силу долгого пребывания в иноэтнической и иноверной среде больше всего отошёл от исторической праосновы. Поэтому там украинский национализм получил наиболее радикальное оформление. Когда они кричат, «мы – украинцы», это смешно. Их австрийцы и поляки научили, что они украинцы, а они в это поверили.

Нельзя упрощать. ОУН была сильным, опасным, фанатично настроенным и прекрасно подготовленным противником. Хотя её высшее руководство не было склонно жертвовать собой. Кстати, немцы развенчивают и создаваемый ныне образ вождей ОУН как аскетов–бессеребренников. Известны случаи присвоения Бандерой и Мельником средств, выделенных им на создание подполья.

- Тем не менее, сегодня на Западной Украине оуновцев считают героями.

- Многие так считают, но не все. Конечно, уходят те, кто помнил войну, а агрессивное давление оуновского лобби формирует соответствующий образ ОУН-УПА как носительницы идей гуманизма и демократии, а её участника как жертвенного и благородного борца. Понятно, что те, кто служил в ней, их родственники или те, кто пострадал от советской власти, так и считают. А те, кто пострадал от ОУН?

Вот тут возникает очень важный момент. Бандеровцы, по сути, продолжили террор, который их идейные предшественники устроили в Галиции в годы Первой мировой войны. Вспомните галицко-русское движение конца XIX – начала ХХ веков, его деятелей Ивана Наумовича, Адольфа Добрянского, Богдана Дедицкого и многих других галицких интеллигентов. Ведь по сёлам крестьяне и униатские священники ставили памятники Пушкину, которого считали своим поэтом! И никакая Россия это не спонсировала.

А в 1915–1917 годах австрийцы устроили против них террор. Через концлагеря Талергоф и Терезин (первые в Европе!) прошли десятки тысяч русофилов и простых русинских крестьян, тысячи и тысячи были уничтожены. А украинские националисты принимали в этом деятельное участие. Они указывали: этот учитель – русофил, у этого крестьянина томик Пушкина дома лежит. За 30 лет произошли две массовые чистки – ото всех, кто относил себя к русскому культурному пространству и не считал Россию или СССР врагом, кто не разделял ценностей украинства или не поддерживал ОУН-УПА. Кого не уничтожили, тех запугали.

- То есть?

- То есть устранили всех этнических конкурентов – евреев, поляков, галичан–русофилов. Украинские националисты провели национальную чистку нынешних частей Западной Украины, особенно Галиции, пытались сделать это в Закарпатье. Как албанцы в Косово. Нет национальности – нет проблемы.

Самый действенный способ решения национального вопроса – это этническая чистка либо депортация. Возьмём Польшу. После войны Сталин подарил полякам западные земли – и они выселили всех немцев, которые жили там 700 лет. Ещё выселили лемков – и решили проблему с самоопределением этого восточнославянского племени. Или чехи выселили немцев из Судет. И теперь немцам трудно претендовать на эти территории. А ведь в 1938 году, когда Запад передал Судеты гитлеровской Германии, формальным поводом к этому было именно пребывание там немецкого населения. Таких примеров масса. Я уже не говорю об американском опыте «очищения» территории от индейцев.

- Вернёмся к ОУН. Новые украинские историки утверждают, что все расстрелы - это действия советских партизан, переодетых бандеровцами.

- Это давний пропагандистский трюк. Такое одно время имело место, несколько случаев. Думали, что так бандеровцев можно дискредитировать. Но от этого очень скоро отказались, как только украинское руководство и НКВД увидело, что больше, чем сами бандеровцы, их дискредитировать не сможет никто. Все эти решения отражены в документах. Население прекрасно знало, кто кого режет. Гораздо чаще, массово, происходило другое. Бандеровцы переодевались в форму советских солдат, НКВД, пели русские песни, говорили по-русски, матерились, и под их видом (или партизан) въезжали в сёла – польские или украинские, которые не подчинялись УПА, и устраивали резню.

- Советская историография во многом была пропагандистской, современная украинская – тоже. Существует ли объективная информация по Шухевичу, без перекосов?

- Хороший вопрос. Перекосов не будет, если опираться на факты. А факты говорят, что Шухевич проходил обучение в немецких разведшколах, служил в карательных батальонах, а батальоны участвовали в «акциях», командовал УПА. А имеются ли документы, опровергающие это?

Советская историография была сильно идеологизирована, часто замалчивала многие сюжеты (хоть о том же галицком русофильстве или вообще о «неукраинской» точке зрения на историю Малой Руси). Но другие вещи, как теперь выясняется (особенно после «цветных» революций), были правдой. Например, о политике США, о ЦРУ. Советская историография приводила яркие факты деятельности бандеровцев и вообще украинских националистов на службе Германии, Англии, США (уже в 1944 году, видя, что немцы проигрывают войну, они стали искать связи с западными разведками). Есть также объективные, основанные на широком архивном материале, работы иностранных исследователей. Из них видно, кому служили оуновцы, и какие они герои. Но ангажированные украинские историки их не признают. И это – политика.

Скажем, Виктор Полищук называет ОУН террористической организацией. Идеологией ОУН-УПА был сплав украинского национализма и украинского же нацизма, замешанного на германофильстве. Оттуда все эти идеи о праве сильной нации повелевать слабыми, праве избранных применять по отношению к массам «творческое насилие», отрицании норм морали. ОУН выступала за создание государства фашистского типа с господствующей украинской нацией, в котором должна быть установлена диктатура ОУН и её Вождя. А методом борьбы был провозглашён террор.

«Наша власть должна быть страшной для её противников. Террор для чужинцев–врагов и своих предателей» – это же их лозунг. А «врагом» и «предателем» мог стать всякий. Своих соратников они тоже перебили немало.

- Недавно Секретариат президента Украины выдал другой «сенсационный» тезис - о том, что Украине принадлежит ведущая роль в победе во Второй Мировой войне. Как этот тезис соотносится с тезисом «бандеровцы – герои»?

- На Украине сегодня выработан двойной подход. Одна его сторона: Украина вместе с СССР (заметьте, не как его часть, а вместе) боролась за победу антигитлеровской коалиции. Другая – это борьба с «советской оккупацией» за Украинскую державу, где истинные борцы – это не миллионы украинцев–солдат, партизан, тружеников тыла, а ОУН-УПА. Это тот идеал, на котором надо воспитывать массы – ты будешь настоящим украинцем только тогда, когда у тебя в голове будет чёткая преемственность героев и борцов за Украину – Мазепа, Петлюра, Бандера, НАТО.

Такая вот диалектика. Но всё это – лишь яркий фрагмент украинской концепции истории. А она является производной от идеологии и мировоззрения украинского национального движения или, как его ещё называли, украинства. Но это уже другой разговор.

- Благодарю Вас, Андрей Владиславович, за интересную и обстоятельную беседу.

Крымская Правда